К 1 сентября государственные шахты Украины увеличили добычу угля на 2,2 млн т по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. В общей сложености за неполные 8 месяцев госпредприятия выдали на гора более 30 млн т „черного золота”. В целом по Украине угледобыча составила 52,5 млн т и практически весь ее прирост (97%) обеспечен госпредприятиями - сообщает Минуглепром. Толчком к такому росту стало существенное повышение заработной платы шахтеров – за первые полгода на 23% (средняя зарплата выросла с декабрьских 2307 до 3026 грн). В результате увеличилась производительность шахтерского труда – на 24 т в месяц.
Похоже, что по итогам года добыча будет восстановлена до обещанного уровня - 80 млн т (в 2007 г – 75,4 млн т). Предпосылкой к такому росту стало резкое уменьшение количества шахт, добывающий в сутки менее 500 тыс т угля – из 72-х до 42-х шахт. К концу года количество таких шахт планируется уменьшить до 8 единиц, а в будущем не иметь в отрасли ни одной малопродуктивной шахты, утверждают в Минуглепроме.
Рывок в преодолении кризиса в угледобыче планируется сделать за счет дополнительных бюджетных вливаний – подготовленные дополнения к госбюджету, пока не принятые парламентом, предполагают дополнительные финансовые инъекции на сумму 3,1 млрд грн. Эти средства планируется потратить на погашение кредитов, которые будут привлечены на разитие отрасли. Если деньги будут выделены, эту сумму следует приплюсовать к уже выделенным рекордным дотациям - в бюджете на 2008 год их объем почти 6 млрд гривен, плюс 1,1 млрд – деньги на погашение накопленных шахтами долгов за электроэнергию.
О том, что ожидает отрасль в ближайшие месяцы, нашему изданию рассказал министр угольной промышленности Виктор Полтавец.
– Вступление Украины во Всемирную организацию торговли – это новые вызовы перед угольной отраслью. Ведь ВТО не приемлет никаких государственных дотацй, а у нас в бюджете заложено 6 млрд грн для дотаций угольной отрасли. Можно ли сбалансировать работу отрасли с помощью цены на уголь, которая, кстати, уже достигла мирового уровня, чтобы отрасль стала не убыточной?
- Конечно, можно, и наверное, нужно. Во-первых, у нас цена на уголь еще не дотигла мирового уровня, особенно на энергетический уголь. Поэтом цена должна быть такая же, как в СОТ. Второе, нужно приватизировать шахты, как и предусмотрено программой правительства
- Вы думаете, таким образом удастся привлечь инвестора? Ведь большинство шахт убыточны.
- Если в шахты вложить соответствующие инвестиции, то можно достичь прибыльности. Но для этого надо время, и разумный хозяин должен быть. И цена угля, и вложение частных инвестиций, приведут к тому, что отрасль не будет требовать дотаций.
– А по какой цене сейчас продают шахтеры энергетические и коксующиеся угли? И как вырастет цена до конца года?
- Энергетический уголь шахты продают по 454 грн, а коксующийся – по 1500 грн. Думаю, до конца года цена еще вырастет. В чем беда? Мы все время недофинансировали отрасль, а боролись только за своевременную выплату заработной платы. Заработанных от продажи угля денег и плюс бюджетных вливаний хватало лишь на то, чтобы выплачивать заработную плату. И лишь 10-15% средств шло на возобновление шахтного фонда.
– И это при том, что шахтный фонгд изношен на 90%. Сколько миллиардов нужно потратить, чтобы обновить фонды?
– Нужно очень много миллиардов. Но не все сразу нужно делать. Вначале необходимо выбрать более перспективые шахты и вложить в их развитие. А для остальных нужно искать инвестиции. Шахты нужно реконструировать до уровня современных предприятий, чтобы они могли конкурировать с шахтами других стран.
– Недавно Вы сообщили, что уже разработано технико-экономическое обоснование строительства трех новых шахт. В результате будет построено по одной шахте в Луганской и Донецкой областях, а также на западе Украины. Кто будет инвестировать это строительство?
- Пока проектирование идет за счет средств госбюджета. А затем мы думаем эти все проекты выставить на приватизацию, чтобы нашелся частник и вложил деньги. Примеры уже есть - сейчас частник строит во Львовской области шахту „Любельскую” – причем, по проектным данным, это будет неплохая современная шахта.
– Cколько нужно средств для строительства шахты, например, в Луганской области?
- По предварительным расчетам, планируется построить шахту производственной мощностью 6 млн т в год. Современная шахта – будет стоить не менее 5 млрд грн.
– В госбюджете предусмотрены дотации угольной отрасли на сумму 6 млрд грн. Еще угольщики просили увеличить эти дотации примерно на 3,1 млрд грн. Как Вы думаете, проголосует ли Верховная Рада за их увеличение до конца года?
- Я очень надеюсь, прошу и молю, чтобы депутаты проголосовали. Нам нужно 400 млн грн на покрытие себестоимости добычи угля. 3,1 млрд грн – это будут бюджетные кредиты шахтам под гарантии государства, 100 млн грн требуется на погашение процентов за эти кредиты. Эти 3,1 млрд грн нужны для того, чтобы сделать техническое переоснащение угольной отрасли. Необходимо провести реконструкцию отдельных предприятий. Тогда мы будем меньше говорить о том, что нужна господдержка на покрытие себестоимости добычи и на заработную плату шахтерам. Если мы сделаем современные шахты, переооборудуем их технически, вырастет производительность труда, и тогда шахтеры сами заработают себе плату. Сегодня подготовлено порядка 30 очистных забоев, но мы не имеем возможности из-за отсутствия финансов приобрести оборудование, чтобы их „зарядить”. А если бы парламент проголосовал, мы бы уже оформили кредити в банках, заказали бы оборудование и какую-то пользу получили бы в этом году.
– В бюджете на этот год предусмотрена сумма более одного миллиарда гривен на погашение долгов за электроэнергию. Но сейчас прошла волна публикаций, что не перспективные шахты, причисленные к третьей группе, не оплачивают поставки электроэнергии компаниям „Укрэнергоуголь” и ПЭС „Энергоуголь”. Поставщики энергии опасаются, что никогда не получат оплаты, так как шахты 3-ей группы могут быть закрыты.
– Да, в бюджете предусмотрены дотации на сумму 7 млрд 100 млн , из них 1,1 млрд – на покрытие долгов энергетикам, накопившимся за прошлые годы. А шахты третьей группы финансируются из другого источника – из источника реструктуризации. Почему сложилось такое положение с оплатой этих шахт за электроэнергию? Потому что мы просили правительство перенести нам из фонда реструктуризации 114 млн на выплату заработной платы в летний период с надеждой на то, что эти 400 млн грн, предусмотренных в скорректированном бюджете, будут проголосованы в Верховной Раде до каникул. И проблем бы не было. Но к сожалению, так не получилось. Депутаты не проголосовали за скорректированный бюджет. Мы надеемся, что в сентябре будет принят скорректированный бюджет и все сразу станет на свои места.
– В прошлом году зольность угля выросла до 42% - это в 3-4 раза больше нормы. Какая сейчас ситуация? И дальше шахтеры возят породу на тепловые электростанции? Или ситуация улучшилась?
- Сейчас очень много программ мы разработали с целью снижения зольности добываемого угля – от „раскройки” шахтных полей, о включении менее зольных пластов для разработки более мощных для того, чтобы снизить зольность. И второе направление – это замена техники и технологии выемки пластов. Мы, в основном, почти 80% отрабатываем пласты, которые меньше 0,9 метра. А техника у нас, к сожаления, наша отечественная, она вся выпускается на пласты более 0,9 метра. Поэтому в некоторых случаях, действительно, не вина шехтера, что не вписывается в параметры пласта современная техника. И шахтеры вынуждены для увеличения своего жизненного пространства в очистном забое подрубывать или кровлю – верх или низ, или почву. Но мы все равно меры применяем. Мы снизили за последний месяц на 0,4% общую зольность угля по всем шахтам. И стоит задача, стобы зольность снижать – это шахтерам самим не выгодно, потому что нам нужна сегодня не порода, а товар, за который платят деньги (то ли металлурги, то ли электростанции).
– Кстати, премьер заявила о внедрении методики расчета закупочной цены угля – не по показателям зольности, а взависимости от его калорийности. Внедряется ли эта методика?
- Методика эта разрабатывается, но пока еще не внедрена. Наша задача – ориентироваться на цены и качество угля на внешнем рынке. Шахтеры не должны продавать уголь по ущербной цене. Нам сегодня платят по 454 грн за тонну энергетического угля, а покупать его станции собираются по $125-140. Естественно, это никому не выгодно - лучше ведь поднимать цену своему производителю, развивать свою угольную промышленность, чем завозить его из других стран. Это и дороже, и технически невозможно. К тому же, это вопрос национальной безопасности, ведь угля у нас в стране хватит на 300 лет.
– Почти все 130 действующих шахт в Украине убыточные. Планируется ли закрывать их? Припоминаю свой разговор с корифеем отрасли Николаем Сургаем. Он говорил, что в былые времена каждый год закрывали по 130 шахт и никакого шума по этому поводу не было. Просто заранее готовили новые горизонты для работы. И было время, когда добывали даже 230 млн тонн угля в год.
- Все правильно. Тогда в год вводили по 35 новых шахт. Мы не планируем закрывать действующие шахты. Всем известно: если будем закрывать шахты, значит упадет добыча. И я вам приводил пример: или новую строить за 5 млрд грн, или же в убыточную вложить в 10-15 раз меньше денег и получить нормальную шахту. Но при условии, что там есть запасы. В ныне действующих шахтах на ближайшие 10 лет запасы есть. Поэтому этими шахтами надо заниматься: находить инвестора, делать реконструкцию. Это значительно дешевле, чем строить новые шахты.
– В 60-е годы строили по 35 новых шахт каждый год. А сейчас 19-й год подряд не могут достроить одну – „Ново-Волынскую” на Западной Украине, рассчитанную на добычу 1 млн тонн. Это, как считают угольщики, самый оптимальный вариант. Чем можно это объяснить? Почему такой контраст?
- Все зависит от финансирования. Я вам скажу, завтра мы будем посещать с премьером на Донбассе пуск комплекса вертикального ствола - он строится с 1986 года. И наконец мы в этом году выделили столько средств, чтобы этот объект запустить. Я называл 30 объектов, вот один из них. Что же касается десятой „Ново-Волынской”, то, к примеру, если надо в год освоить 700 млн грн, а выделялось 100-120. Освоили и все ожидают следующего года и следующего финансирования. В чем успех частного капитала? Если инвесторы взялись строить шахту, то знают, за сколько времени она будет построена, и гарантировано из года в год, копейка-в-копейку в год обеспечивается финансирование. А у нас было так: дали 600 млн государственных на всю угольную отрасль – вот и думай, и тому надо, и тому, и тому. А если взять эти 600 млн на одну шахту, то как же с другими быть объектами?
– Финансов действительно не хватает. Но и то, что угольная отрасль всегда была центром злоупотреблений – это тоже нельзя отбрасывать. Часто шахты покупали оборудование в 2-3 раза дороже, чем его себестоимость. Я всегда вспоминаю: когда была война и немцы дважды отступали из Дорнбасса, итогда руками подростков, стариков и женщин дважды поднимали весь угольный бассейн и начинали добычу. И тогда что, денег было больше, чем теперь?
- Ну, во-первых, не такие шахты были в то время. Во-вторых, я с вами несколько не согласен. Да, есть некоторые примеры злоупотреблений. Просто основная часть – 99% шахтеров и руководителей – это преданные делу люди, посвятившие не один десяток лет этой отрасли. Шли сознательно в институты. Но чтобы вся отрасль вот такая – я не согласен.
Я вам скажу, что преданней, подрядочней и ценнее, чем настоящие шахтеры и настоящие горняки-руководители, пусть на меня не обидятся специалисты других отраслей, я не знаю. Конечно, сейчас ситуация какая: вот государственная шахта, вокруг нее все частные предприятия - фабрика обогатительная частная; завод, который поставляет – частный и так далее. Все кругом частные. Они между собой не кофликтуют, все пытаются на государственной шахте урвать. Я за 8 месяцев работы минстром очень мало примеров знаю, чтобы какой-то руководитель от соблазна не устоял. Но для этого у нас есть Контрольно-ревизионное управление. Мы постоянно принимаем балансовые комиссии, отчеты, чтобы навести порядок. Я не могу сказать, что у нас все идеально. Еще очень многое надо сделать, чтобы навести порядок. Надо, чтобы шахта стала частной и тогда у нее будет хозяин, и не будут пытаться у него что-то отобрать.
– Когда же наши шахты станут частными? За годы независимости вышло три программы возрождения угольной отрасли, два указа президента о реформировании, а воз и ныне там.
- Я вам скажу, что процесс этот непростой. Но самое главное, он уже в общественности, у руководства страны созрел давно. Думаю, что в ближайшие 2-3 года процесс приватизации завершится. Это мое сугубо личное мнение.
– И Вы верите, что придут инвесторы и вложат свои деньги?
- Я верю, потому что у нас газа нет, нефти нет, мы зависим от цены на эти энергоресурсы. И мы не знаем, как нам планировать наше народное хозяйство. А угля в Украине на 400 лет хватит, он у нас под ногами. Нам только надо немного ума-разума, поддержки инвестора и государства. Необходимо навести порядок в этой отрасли и обеспечить народное хозяйство своим собственным углем. Таких марок угля, как у нас – и коксующегося, и энергетического – мало в какой стране найдется. Только надо его разумно с недр достать и разумно использовать.
Интервью брала Наталка Прудка
